Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Перехитрить рак

Обычно наша иммунная система самостоятельно ищет в организме мутировавшие клетки и разрушает их, не давая им размножаться. Однако раковые клетки нашли способ обходить эту естественную защиту, что позволяет опухоли быстро расти.

Многие виды рака делают это, активируя механизм, который обычно «успокаивает» или «тормозит» иммунные клетки после атаки. Так в здоровом организме регулируется сила и продолжительность иммунного ответа.

Аллисон и Хондзё научились «обманывать» раковые клетки и не давать им блокировать иммунную реакцию. Это произвело настоящую революцию в терапии и легло в основу целого нового класса лекарственных препаратов.

Пока что у этих лекарств немало побочных эффектов, однако они доказали свою эффективность в борьбе с онкологией. Иногда удается вылечить даже пациентов на поздней стадии рака, которых ранее считали неизлечимыми.

Правообладатель иллюстрацииScience Photo Library
Image caption
Так выглядят два Т-лимфоцита, атакующие раковую клетку

Нобелевка за изящную идею: иммунотерапия против рака

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Нобелевскую премию по физиологии и медицине присудили американцу Джеймсу Эллисону и японцу Тасуку Хондзё за открытие контрольных точек иммунного ответа, позволившее создать эффективную терапию некоторых видов рака.

В результате время жизни онкологических больных на последних стадиях заболевания значительно увеличилось. В чем суть открытия — в материале РИА Новости.

“Премия безусловно заслуженная. Ее лауреатами стали ученые, которые сделали решающий шаг в разработке нового класса препаратов для борьбы с самыми различными опухолями, в первую очередь злокачественными. Это так называемые иммуноонкологические препараты.

Обычно опухоль вырабатывает специальные белки, которые мешают ее распознать и уничтожить собственной иммунной системе человека. Сегодняшние нобелевские лауреаты как раз открыли эти белки и положили начало препаратам нового класса.

Благодаря им иммунная система распознает опухоль как чужеродную и начинает с ней бороться. Препараты уже сейчас активно применяются в клинической практике — и с каждым годом все больше.

Это повышает шансы многих пациентов на выздоровление”, — комментирует РИА Новости Марина Секачева, заместитель директора Клинического центра по онкологии при Первом МГМУ имени И. М. Сеченова, профессор, заведующий отделом, врач-онколог.

Это необходимо, чтобы наша собственная защитная система не обернулась против организма. Но именно этот механизм используют раковые клетки, которые очень похожи на обычные, и обманывают иммунитет. Через этот рецептор (он называется CTLA-4) опухоль сигнализирует т-клеткам — “я своя” — и таким образом избегает атаки. Эта особенность рака делает его неуязвимым.

Продолжая изучать иммунную систему, в 1992-1995 годах Эллисон выяснил, как ей указать, что с опухолью следует бороться. Ученый установил, что если к рецептору CTLA-4 прицепить специфическую белковую молекулу, то т-клетки запускаются и замечают рак.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Защитные силы организма мобилизуются, опухоль уменьшается. Это и легло в основу новейших методов лечения в онкологии, очень быстро испытанных сначала на животных, а затем на пациентах. В 2011 году иммунотерапию рака одобрили для лечения меланомы — агрессивной формы рака кожи и слизистых.

На несколько лет раньше, чем группа Эллисона, в Японии в Университете Киото ученые под руководством Тасуку Хондзё открыли белок-рецептор PD-1 с аналогичными свойствами. После нескольких лет исследования стало понятно, что это также “контрольная точка иммунной системы, “тормозящая” т-клетки.

Если блокировать PD-1, то организм начнет бороться с опухолью.

Обратите внимание

На основе открытия Эллисона и Хондзё разработали синтетические иммуномодулирующие моноклональные антитела, которые входят в состав препаратов для онкотерапии.

Основные результаты в разработке методов лечения были получены в 2014-2015 годах, но уже в 2013-м журнал Science, ссылаясь на исследования Джеймса Эллисона, назвал иммунотерапию рака прорывом года.

Опухоль в организме человека очень сложно распознать — она почти не отличается от окружающих тканей. Крайне трудно выявить отличительные признаки раковых клеток, чтобы убивать только их, не трогая остальной организм. Новейшие химиопрепараты нацелены более-менее адресно, но они эффективны, лишь пока человек их принимает.

Различные виды излучения (лучевая терапия) тоже уничтожают раковые клетки, однако все же затрагивают окружающие ткани и даже весь организм.

Есть ряд ограничений и у иммунотерапии. К ней чувствительны не все виды рака. Сейчас в основном ее применяют для меланомы, некоторых видов рака легких, груди (всего 14 видов), но список постоянно пополняется.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Лечение дает побочные эффекты.

“Я бы не сказала, что это панацея и все пациенты при использовании этих препаратов выздоравливают. Но есть определенная доля (не такая маленькая) тех, кто вылечивается. Большинству пациентов такая терапия продлевает жизнь, так как учит распознавать и бороться и просто помогает стандартной терапии. Это новый мощный инструмент в борьбе с раком”, — поясняет Марина Секачева.

По ее словам, в России этот вид лечения активно используется. Однако препараты пока достаточно дорогие.

“Наверное, на какое-то время такая ситуация сохранится, пока действует патентная защита. Поэтому эти препараты применяются не настолько широко, как бы этого хотелось”, — заключает Секачева.

Сегодня в Стокгольме были названы первые имена лауреатов Нобелевской премии 2018 года. Лауреатами по физиологии и медицине стали японец Тасуку Хондзё и американец Джеймс Эллисон «за открытие терапии рака ингибированием негативной иммунной регуляции», говорится в сообщении на сайте Нобелевского комитета.

Лауреаты работали независимо друг от друга – Хондзё в Киотском университете, а Эллисон – в Калифорнийском университете в Беркли. Эллисон изучал белок, который работает как «тормоз» иммунной системы.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Он предположил возможность управляемо отпустить этот тормоз так, чтобы иммунные клетки атаковали клетки опухоли.

Обратите внимание

Хондзё открыл другой белок в иммунных клетках и, изучая его функции, показал, что он тоже действует как тормоз, но совершенно с другим механизмом.

Эти идеи легли в основу принципиально нового подхода к лечению онкологических пациентов. Фактически лауреаты впервые в истории предложили вариант борьбы с раком, в основе которого лежат не внешние воздействия – радио- или химиотерапия, – а мобилизация внутренних ресурсов нашего организма – иммунитета.

Как это?

Чтобы понять механизм этой терапии, нужно вернуться на несколько шагов назад и вспомнить, как вообще в нашем организме возникают раковые клетки. Инфекционные заболевания вызываются внешними агентами – бактериями и вирусами.

Бактерии являются клетками сами по себе, вирусы – более мелкие образования, – но все же они чужеродны. Это позволяет иммунной системе в большинстве случаев распознавать их и уничтожать.

Раковые клетки – это клетки организма самого человека, но мутировавшие.

Поэтому традиционно есть три способа борьбы с ними – хирургическое удаление, уничтожение с помощью того или иного типа излучения и медикаментозное воздействие. Нобелевская премия присуждена за реализацию изящной идеи – не борьбы с раковыми клетками как таковыми, а вооружения против них нашей собственной иммунной системы.

Кто они?

Один из лауреатов – японец из Киото, второй – американец из Техаса. Вот что рассказывает о них член комитета премии по физиологии и медицине, иммунолог, профессор Клас Шерре.

«Профессор Эллисон – ученый-иммунолог, он не врач. Он получил образование в биологии, которая интересовала его с детства. До работы по терапии рака он сделал массу интересных фундаментальных открытий в области регулирования иммунитета. Он не открыл «молекулу-тормоз», но именно он осознал ее потенциал для терапии», – сказал Шерре в интервью, опубликованном на сайте премии.

«Профессор Хондзё, – продолжает Шерре, – врач, у него есть степень доктора медицины. Но ему также принадлежат важные открытия в фундаментальной иммунологии, и он также изначально не работал в иммунологии рака. Когда он открыл свой механизм ингибирования иммунитета, это была фундаментальная работа, но в дальнейшем он смог осознать и ее практическое значение».

Секретарь комитета, профессор Томас Шерер, рассказал о реакции лауреатов на присуждение премии.

«Мне пока не удалось поговорить по телефону с профессором Эллисоном, но я дозвонился до профессора Хондзё. Я не знаю, ожидал ли он премии, но он показался мне, скорее, удивленным. И, конечно, ему было очень приятно получить премию, и он также подчеркнул, что ему приятно разделить ее с доктором Эллисоном», – сказал Шерер.

Уже в продаже?

«Награда присуждена вовремя. Первое лекарство, основанное на этой идее, было одобрено к применению в 2011 году. Пациентов лечат уже семь лет, и мы видим долгосрочные последствия, они более убедительны», – сказал Шерре.

Это действительно так. Иммунный «тормоз» – именно так описывают эксперты действие открытых белков – имеет богатую историю. Оба лауреата, как уже говорилось, изучали устройство иммунной системы. Ее фундаментальная особенность – умение отличать “своих” от “чужих” перед тем, как уничтожать “чужих”.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Ученые знали, что за распознавание “врага” отвечают Т-клетки иммунной системы – около 100 млн разных Т-клеток путешествуют по нашему телу и ищут в нем атипичные клетки.

Рецептор (красная точка на рисунке) отвечает за распознавание инородной клетки. Ко-рецептор (обозначен желтым) ускоряет процесс. Однако это не вся система. Эллисон обнаружил, что система CTLA-4 работает как тормоз.

Она взаимодействует с «ускорителем» и лишает иммунитет возможности действовать.

Важно

Первоначально этот механизм изучался в связи с аутоиммунными заболеваниями. Однако Эллисон разработал антитело, которое блокировало CTLA-4.

Гипотеза о том, что эта блокировка высвободит Т-клетки и позволит им бороться с раковыми клетками, была подтверждена экспериментом в 1994 году в лаборатории Эллисона в Беркли.

Это были эксперименты на мышах, для продвижения технологии необходимы были уже партнеры в сфере медицины.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Через несколько лет небольшая биотехнологическая компания согласилась произвести аналогичные антитела для человека, еще чуть позже начались клинические испытания. В 2011 году было одобрено первое лекарство – для неоперабельной метастазирующей меланомы.

Независимо от Эллисона, в 1991 году в Университете Киото Хондзё обнаружил белок PD-1. Первоначально он не знал о его функции, однако впоследствии выяснилось, что и он работает как тормоз, но немного другим образом.

Иммунитет без тормозов: Нобелевская премия за антитела против рака (2018)

Нобелевскую премию 2018 года вручили за открытия, позволившие разработать принципиально новый подход в иммунотерапии рака, совершивший прорыв в лечении некоторых ранее смертельных опухолей. Сегодня «Биомолекула» снова расскажет об антителах-ингибиторах иммунологических чекпоинтов и о работах лауреатов этого года — Джеймса П. Эллисона и Тасуку Хондзё.

Рак — это большая группа заболеваний, объединенных общей чертой: все они начинаются с одной клетки, мутации в которой позволяют ей неограниченно делиться и формировать огромные сложно организованные скопления клеток — опухоли. Ежегодно рак убивает миллионы людей, занимая почетное второе место среди причин смерти, сразу после сердечно-сосудистых заболеваний.

С точки зрения медицины, раковые опухоли представляют собой таких же паразитов, как болезнетворные бактерии или глисты. С тем лишь отличием, что раковые клетки намного более похожи на здоровые, нежели бактерии или вирусы, да и располагаться могут в любой части тела.

Нобелевская премия этого года дана за важнейшие шаги в разработке четвертого способа борьбы — уничтожения опухолей с помощью иммунных клеток самого пациента.

Иммунный надзор

Идею, что иммунитет и рак могут быть как-то связаны, высказал еще отец-основатель иммунологии и Нобелевский лауреат 1908 года Пауль Эрлих. Этот исследователь предположил, что опухолевые клетки могут возникать в организме постоянно, но иммунитет блокирует их развитие [1], [2].

Его идеи отчасти подтвердились в 1950-х годах, когда оказалось, что переливание крови от пациентов, у которых меланома (рак кожи) ранее спонтанно исчезла, может спровоцировать такую же регрессию у пациента, получившего кровь. Исследователи пошли дальше и попробовали пересадить меланому между двумя пациентами, чем добились регрессии опухолей у обоих.

Со временем идеи Эрлиха легли в основу целой теории иммунного надзора над опухолью.

Введением пациентам вакцин на основе стрептококка и занимался «отец иммунотерапии рака» Уильям Коли. Его результаты подтвердили предположение Эрлиха о важной роли иммунитета в подавлении развития опухолей.

Однако до поры это не вылилось в серьезные медицинские прорывы.

Чтобы совершить качественный рывок в лечении рака, исследователям пришлось потратить еще несколько десятилетий на раскрытие природы иммунной защиты от опухолей. В настоящий момент эта тема изучена очень хорошо.

Взаимодействие опухоли и иммунной системы устроено очень сложно. Все клетки нашего организма подвергаются постоянному иммунному надзору.

Важно

Эта слежка позволяет на ранних этапах опознать раковые опухоли и задушить их в зародыше.

Для того чтобы стать раковой, клетке необходимо накопить некоторое количество мутаций в своих генах.

Одни гены должны активироваться и начать стимулировать деление (их еще называют онкогенами), другие, подавляющие деление клетки (гены-супрессоры), — выключиться.

При этом внутри клетки появляются измененные этими и последующими мутациями белки — неоантигены. Этот термин пришел к нам из иммунологии, где антигеном называют мишень иммунных клеток.

Дело в том, что практически все клетки нашего тела в обязательном порядке сообщают иммунитету обо всех белках, которые они содержат.

Этот «иммунологический паспорт» расположен на поверхности клеток и состоит из белков главного комплекса гистосовместимости (MHC), в которых как в тисках зажаты небольшие аминокислотные цепочки — пептиды. Эти фрагменты вырезаются из всех белков, присутствующих внутри данной клетки.

Специальные клетки — Т-киллеры, постоянно «ощупывают» эти белковые комплексы и когда клетка начинает производить что-то странное, убивают ее. Поэтому практически все опухоли так или иначе умеют контролировать иммунный ответ и избегать его.

Рисунок 1. Схематическое изображение взаимодействия опухолевых клеток и иммунитета. Искаженный «иммунологический паспорт», состоящий из комплексов MHC и пептидов привлекает Т-киллеры, а его отсутствие — NK-клетки.

При той всеобъемлющей защите, которую обеспечивает нам иммунитет, кажется невероятным, что какие-то опухоли все-таки могут развиваться в организме. Особенно подобные меланоме, которая выделяется среди опухолей наиболее сильным искажением «иммунологического паспорта». Многие опухоли просто «набиты» иммунными клетками, которые почему-то их не атакуют.

Должны существовать механизмы, позволяющие таким новообразованиям избегать иммунного надзора.

Совет

Именно их изучением занимались лауреаты Нобелевской премии по физиологии и медицине 2018 года. В 1990-х годах первый из двух лауреатов, Джеймс Эллисон, занимался изучением белка CTLA-4, который располагается на поверхности различных групп Т-лимфоцитов. Он и его коллеги заметили, что этот белок способен подавлять иммунную реакцию.

Основными носителями этого белка в организме являются регуляторные Т-клетки, которые с его помощью предотвращают активацию других лимфоцитов, блокируя работу антигенпрезентирующих клеток в лимфоузлах и тканях [6]. Эта блокировка действует как тормоз для иммунной реакции и является важной защитой от аутоиммунных заболеваний.

Если же заблокировать CTLA-4, Т-лимфоциты начинают работать намного активнее.

Пока коллеги Эллисона изучали возможности применения знаний о CTLA-4 в терапии аллергий, ему пришло в голову, что гиперактивация этого белка может быть частью защиты опухолей от иммунитета.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Его группа попробовала ввести блокирующие функцию CTLA-4 антитела мышам с развитыми формами рака и увидела серьезное снижение активности опухолевых клеток и уменьшение объема опухолевой ткани.

В настоящий момент терапия антителами против CTLA-4 с использованием открытого Эллисоном механизма зарегистрирована по всему миру, в том числе и в России. Международное непатентованное название препарата — ипилимумаб. Применяют его сейчас для лечения меланомы в последней стадии, которая ранее была смертным приговором. Этот препарат также тестируется и против других форм рака.

В то время, когда группа Эллисона работала над CTLA-4 в США, в Киото исследователи под руководством профессора Тасуку Хондзё изучали другой механизм подавления иммунного ответа. Они обнаружили белок под названием PD-1, который появляется на активированных Т-киллерах.

В норме этот белок позволяет регуляторным Т-клеткам подавлять те Т-киллеры, которые активировались на «неправильный» антиген. Дело в том, что активация этого белка на лимфоцитах (с помощью лиганда PD-1 — PD-L1) отправляет их в апоптоз.

Обратите внимание

Именно благодаря этому он и получил свое название: PD расшифровывается как programmed death, «программируемая смерть».

В исследованиях на мышах группа Хондзё показала эффективность блокировки нового белка в борьбе с различными опухолями. Эти данные были использованы для разработки нового препарата под названием ниволумаб, который также зарегистрирован по всему миру и используется для лечения многих опухолей, в том числе и меланомы.

Так, более 100 лет спустя после первого, пророческого заявления Пауля Эрлиха, иммунитет наконец-то стал надежным союзником человека в борьбе с онкологическими заболеваниями

О том, что для борьбы с раком можно мобилизовать иммунитет самих пациентов, ученые впервые задумались еще больше 100 лет назад. Однако только в 1990-е годы в этой области был сделан настоящий прорыв.

Американец Джеймс Аллисон открыл так называемые иммунные контрольные точки (ИКТ) — естественный механизм, который тормозит наш иммунитет, «успокаивая» Т-лимфоциты, ответственные за распознавание и уничтожение чужеродных и мутировавших клеток.

Если этот механизм нарушен, то организм начинает разрушать сам себя, переключившись на уничтожение здоровых тканей. Так, например, происходит при аутоиммунных заболеваниях.

Сразу несколько групп ученых ухватились именно за эту перспективу: «ремонт тормозов» (то есть наладка нормальной работы ИКТ) обещал прорыв в лечении диабета I типа, ревматоидного артрита, рассеянного склероза и массы других болезней.

Media playback is unsupported on your device

«Неловкие вопросы» о раке

Однако сам Аллисон занялся ровно обратным. Он попробовал отключить этот естественный тормозной механизм у больных раком мышей — и добился удивительных результатов. Клетки опухоли больше не могли скрываться от иммунитета, и организм боролся с раком намного эффективнее.

Параллельно с этим в 1992 году Тасуку Хондзё открыл другой тип ИКТ — работающий по тому же принципу, но несколько иным способом. На основе своего открытия японский профессор также разработал несколько методик иммунотерапии.

Несмотря на довольно сильные побочные эффекты, блокирующие ИКТ препараты уже доказали свою эффективность в борьбе с раком легких, почек, лимфомой и меланомой.

Сам Хондзё, который очень любит играть в гольф, рассказывал историю: однажды в гольф-клубе к нему подошел мужчина и рассказал, что переболел раком легких. «Он поблагодарил меня за то, что снова может играть в гольф, — вспоминает японский профессор. — Это было настоящее счастье. Такая благодарность для меня важнее любых наград».

Нобелевскую премию вручили за исследования в области нового вида лечения рака — иммунотерапии, которая работает «за счет подавления негативной иммунной регуляции».

Исследования этих двух иммунологов привели к появлению нового класса противораковых препаратов на базе антител, связывающихся с белками на поверхности лимфоцитов, либо раковых клеток.

Первый такой препарат, ипилимумаб — антитело, блокирующее CTLA-4 (контрольная точка иммунитета), был одобрен в 2011 году для лечения меланомы. Антитело против PD-1, Ниволумаб, было одобрено в 2014 году против меланомы, рака легких, почек и некоторых других типов рака.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Препараты, разработанные на основе предложенных Эллисоном и Хондзе методик, уже успешно применяются в лечении раковых больных. Но еще больше лекарств проходят сейчас клинические испытания и станут доступны в ближайшие годы.

«Десять лет назад метастазирующая меланома была практически неизлечима. Сейчас, благодаря работам Эллисона и Хондзе, у пациентов есть реальная надежда. Более трети пациентов показывают долгосрочные улучшения в результате иммунотерапии, а некоторых даже удается полностью вылечить», — говорит профессор Чарли Суонтон, главврач британской организации по борьбе с раком Cancer Research UK.

В 2017 году лауреатами Нобелевской премии по медицине и физиологии стали трое американских ученых — Джеффри Холл, Майкл Росбаш, Майкл Янг, которые были удостоены премии за открытие молекулярных механизмов, лежащих в основе работы биологических часов.

И хотя ученые постоянно исследуют его, до окончательной победы над смертельным заболеванием далеко. Но возможно, надежда есть.

Нобелевские лауреаты по медицине этого года создали новый вид лечения рака — стимулирование врожденной способности нашей иммунной системы атаковать клетки опухоли.

Джеймс Эллисон из Университета Техаса и Тасуку Хондзё из Университета Киото получили главный научный приз за «открытие метода лечения рака за счет подавления негативной иммунной регуляции».

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Джеймс Эллисон исследовал протеин, который работает как сдерживающий элемент в нашей иммунной системе. Он понял потенциал, которого можно добиться, высвободив этот тормоз и тем самым выпустив наши иммунные клетки на борьбу с опухолями. Впоследствии Эллисон доработал эту концепцию в совершенно новый подход к лечению пациентов.

Параллельно с ним Тасуку Хондзё обнаружил протеин в иммунных клетках и после аккуратного исследования его функций также узнал, что он работает как тормоз иммунитета. Правда, японец добился результатов немного иными механизмами и действиями, нежели Эллисон. Способы лечения, основанные на его открытии, оказались поразительно эффективными при борьбе с раком.

Эллисон и Хондзё продемонстрировали, как различные стратегии ингибиции сдерживающих элементов нашей иммунной системы могут быть использованы при лечении рака. Эпохальные открытия двух лауреатов — важнейший шаг к победе над одним из самых опасных заболеваний на планете.

Стоит отметить, что до открытия американца и японца ученым уже было известно об акселераторах и тормозах в иммунной системе организма, которые сбалансированно саморегулируют ее работу. Но исследование лауреатов — первое, которое стало использовать потенциал иммунной системы для борьбы с раком.

Как замечает Science Daily, «Эллисон и Хондзё вдохновили многих ученых на комбинирование различных стратегий лечения для оптимального использования тормозов иммунной системы и наиболее эффективного уничтожения раковых клеток».

Совет

Как рассказывает журнал, на подходе испытание новых методов лечения рака с использованием протеина в организме. «Более 100 лет ученые пытались вовлечь иммунную систему в битву с раком. Но до недавнего исследования новых нобелевских лауреатов клинический прогресс был скромным.

Новый же метод революционен», — подводят итог в Science Daily.

Впрочем, говоря о новых иммунотерапевтических препаратах с газетой «Коммерсант», член правления Российского общества клинической онкологии (RUSSCO), руководитель онкологического отделения противоопухолевой терапии ЦКБ управления делами Президента РФ Дмитрий Носов заметил следующее.

«Эти препараты очень хорошо работают, но в ограниченной популяции больных, —сказал специалист. — Это не панацея для всех онкобольных, они эффективны в среднем у 30–40% пациентов и не при всех заболеваниях, но высокоэффективны, то есть способны излечить рак на запущенных стадиях, только у 10% пациентов.

Мы, клиницисты, пока не можем использовать эти препараты рационально».

Кроме того, по словам еще одного эксперта «Коммерсанта», руководителя отдела мультидисциплинарной онкологии НМИЦ детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Рогачева Николая Жукова, новые препараты для борьбы с раком появляются с большим опозданием: «Если первый иммуноонкологический препарат в Европе и США зарегистрировался в 2011 году, у нас — только в 2015–2016 годах».

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

Для того, чтобы стать раковой, клетке необходимо накопить некоторое количество мутаций в своих генах.

При этом внутри клетки появляются измененные этими и последующими мутациями белки — неоантигены. Антиген – это мишень иммунных клеток.

Важно

Ежегодно рак убивает миллионы людей, занимая второе место среди причин смерти, сразу после сердечно-сосудистых заболеваний.

С точки зрения медицины, онкологические опухоли представляют собой таких же паразитов, как “плохие” бактерии или глисты. Наша иммунная система защищает нас от болезней, но у нее есть встроенные предохранители, которые защищают наш организм от имунной “атаки” на собственные ткани. Некоторые виды рака могут использовать эти предохранители и “избегать” атаки иммунитета.

Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё открыли способ разблокировать наши иммунные клетки, которые будут атаковать опухоли, так как человеческая иммунная система чаще всего не “видит” злокачественные опухоли, поскольку раковые клетки являются клетками нашего собственного организма. В результате не возникает необходимой защитной реакции.

Ранее врачи могли лишь тремя способами бороться с раком — операция, облучение ионизирующей радиацией и химиотерапия (специальные яды, бьющие по быстро делящимся клеткам).

В 90-х годах японский иммунолог из университета Киото открыл рецептор PD-1 (контрольная точка иммунитета) на поверхности лимфоцитов, активация которого приводит к подавлению их активности.

Примерно в те же годы американец Эллисон из Андерсоновского ракового центра университета Техаса изучал белок под названием CTLA-4, который располагается на поверхности различных групп Т-лимфоцитов (обеспечивают распознавание и уничтожение клеток, несущих чужеродные антигены). Он и его коллеги заметили, что этот белок способен подавлять иммунную реакцию.

Эллисон попробовал отключить естественный блокиратор у больных раком мышей. Клетки опухоли больше не могли скрываться от иммунитета, и организм боролся с раком намного эффективнее, пишет Wired.

Если же заблокировать CTLA-4, Т-лимфоциты начинают работать намного активнее.

Совет

В 2001 году первую вакцину против рака – препарат ipilimumab – использовали для лечения меланомы у женщины по имени Шарон Белвин. После одной инъекции препарата ее опухоли исчезли в течение шести месяцев.

Хорошо себя зарекомендовав, этот препарат и сейчас используется в NHS (Национальной службе здарвоохранения Великобритании) для лечения пациентов с меланомой.

Все известные методы лечения, которые ранее применялись, не имели таких хороших результатов, пишет британское агентство ВВС.

Борьба с раком: новые исследования, нобелевская премия за иммунотерапию рака с использованием Т-клеток, лечение запущенных стадий рака

В исследованиях на мышах группа Хондзё показала эффективность блокировки нового белка в борьбе с различными опухолями. Эти данные были использованы для разработки нового препарата под названием “Ниволумаб”, который зарегистрирован по всему миру и используется для лечения многих видов рака, в том числе и меланомы.

  • 8 марта сообщалось, что ученые Гарвардского университета разработали персонализированную вакцину, помогающую активировать иммунную систему на борьбу с раком.
  • 1 февраля ученые из медицинской школы Стэнфордского университета обнаружили, что активация T-лимфоцитов в злокачественных опухолях способна уничтожать раковые клетки и даже бороться с отдаленными метастазами.

Уже в продаже?

Все остальное – история. В 2015 году было одобрено еще два лекарства от меланомы, одно – от рака легких, одно – от рака почек. В 2016 году последовали ходжкинская лимфома, мочевой пузырь, шея, а после развитие стало лавинообразным. Клиническими исследованиями и выводом лекарств на рынок занимается бизнес, это уже не наука, как сказал сам Эллисон в своей лекции 2017 года.

Эллисон подчеркивает, что его исследованиями изначально двигало чистое научное любопытство – понять, как устроена иммунная система. И только после фундаментального открытия он предложил его практическое использование.

«Без фундаментальных исследований нам нечего было бы передать рынку, в бизнес. Хорошо бы, чтобы выделяющие деньги на науку в Национальном институте здоровья и прочие имели это в виду», – говорил ученый.

Совет

Иммунология рака – бурно развивающаяся область, и отмеченная премией терапия – не единственное ее достижение. Однако, отмечают эксперты, другие методики пока не столь убедительны. Они либо показывают результаты только на лабораторных животных, но не на человеке, либо не дают убедительных воспроизводимых результатов.

Кроме того, любые манипуляции с иммунитетом чреваты не всегда предсказуемыми и контролируемыми последствиями.

“Большая часть токсичности связана с тем, что иммунная система начинает работать “без тормозов” и может не остановиться на уничтожении только опухолевой ткани (которая, в общем-то, достаточно похожа на клетки организма), но и начать уничтожать собственные здоровые клетки, что приводит к поражению тканей и органов.

Применение онкоиммунологических препаратов может вызвать такие тяжелые осложнения, как аутоиммунные гепатиты, нефриты (воспаление ткани почек), тиреоидиты (воспаление ткани щитовидной железы) и другие. Эти воспаления обусловлены не внешним воздействием, а работой гиперактивированной иммунной системы, направленной на свои же клетки”, – поясняет врач-онколог, резидент Высшей школы онкологии Полина Шило.

Иммунный надзор

Нобелевскую премию вручили за исследования в области нового вида лечения рака — иммунотерапии, которая работает «за счет подавления негативной иммунной регуляции».

Уже в продаже?

Первую Нобелевскую премию по физиологии или медицине вручили в 1901 году. Россияне получали эту премию только дважды – это были Иван Павлов (за работы по физиологии пищеварения) и Илья Мечников (за работы по иммунитету).

Обе награды были получены более 100 лет назад.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Псориаз и Онкология
Adblock detector