Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Причины рака легкого

В случае с большинством онкологических заболеваний корректнее говорить не о причинах, а о факторах риска. Они не приводят к раку со стопроцентной вероятностью, но повышают риск заболеть:

  • Как мы уже упомянули, основной фактор риска рака легких — курение. Причем, не только активное, но и пассивное. Если рядом с вами постоянно кто-то курит, ваше здоровье в опасности.
  • Некоторые люди на рабочем месте контактируют с такими веществами, как асбест, никель, хром, мышьяк. Эти канцерогены повышают риск рака легких.
    У некоторых людей отягощенная наследственность. Риски повышены, если злокачественная опухоль в легких диагностирована у одного из родителей, родного брата или сестры.
  • В почве, скальных породах и воде содержится небольшое количество урана. Он распадается с образованием газа радона, который затем попадает в воздух. Иногда он скапливается в помещениях в опасных концентрациях.

Паллиативное лечение рака легкого в Европейской клинике

Применяем коллегиальный подход к выбору тактики лечения.

В Европейской онкологической клинике практикуются мультидисциплинарные консилиумы, известные также как tumour board. Это группы, состоящие из врачей, которые совместно составляют оптимальный план лечения. В мультидисциплинарные консилиумы входят онкологи, хирурги, химиотерапевты, врачи лучевой терапии, патологоанатомы и другие специалисты.

Контролируем соответствие наших действий и рекомендаций принципам доказательной медицины.

Определяя тактику лечения, врач должен руководствоваться данными мировых и отечественных исследований, утвержденными протоколами лечения и клиническими рекомендациями, а не только личным практическим опытом. Доктора Европейской онкологической клиники ориентируются на такие отечественные и международные стандарты, как:

  • Европейское общество медицинской онкологии.
  • Американское общество клинической онкологии.
  • Европейское общество хирургов-онкологов.
  • Федеральный стандарт медицинской помощи больным со злокачественными новообразованиями.
  • Клинические протоколы диагностики и лечения злокачественных новообразований Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина, Московского научно-исследовательского онкологического института им. П. А. Герцена.

Проводим независимую оценку работы наших врачей с привлечением внешних экспертов (КЭР).

Придерживаемся особого подхода к выявлению и устранению ошибок.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

У персонала Европейской онкологической клиники нет мотивов для того, чтобы скрывать совершенные или замеченные ошибки, боясь «наказания». Напротив, мы создаем все стимулы для того, чтобы наши сотрудники выносили такие моменты на обсуждения. Это помогает нам улучшить нашу работу, предотвратить похожие ошибки в дальнейшем.

Заботимся о качестве сопутствующей работы.

На качество лечения влияет не только уровень собственно медицинских услуг. Важна каждая мелочь: чистое постельное белье, условия в палате, манера общения медицинского персонала с пациентом, между собой. Для того чтобы «держать руку на пульсе» мы анкетируем при выписке каждого пациента. Это помогает оценить работу докторов, администраторов, медицинских сестер, горничных, сотрудников буфета, качество питания, здание клиники, скорость реакции. Мы постоянно отслеживаем эти параметры, проверяем, изменились ли они в лучшую или худшую сторону, по результатам принимаем меры.

У нас не остаются без внимания жалобы, пожелания и предложения пациентов. Все они рассматриваются на высоком уровне, и по ним обязательно проводится работа.

Врач-онколог может рассказать пациенту лишь о его шансах на победу над раком, но не может давать однозначную гарантию. Не зря во врачебной среде давно бытует выражение «гарантии дает только Господь Бог». Видимо, так будет всегда. Но такая неопределенность — не повод отчаиваться. Да, гарантировать невозможно. Но можно максимально повысить шансы на успешное лечение. Врачи и ученые всего мира постоянно работают в этом направлении.

Тем не менее, некоторые вещи гарантировать вполне можно, и мы в Европейской онкологической клинике даем такие гарантии:

  • Каждый пациент может быть уверен в том, что он получает лечение в соответствии с принципами доказательной медицины, по современным международным протоколам.
  • Лечебные и диагностические процедуры будут проведены на оборудовании экспертного класса от лучших производителей.
  • Экстренное отделение примет пациента в любой день, в любое время суток, и здесь будет немедленно оказана помощь в нужном объеме.
  • Мы гарантируем, что наши врачи предоставят вам всю необходимую информацию касаемо вашего заболевания, текущей ситуации, обо всех методах диагностики и лечения, которые планируется применять или применяются на данный момент, об их целях, возможных результатах лечения и рисках.
  • Мы гарантируем определенный уровень сервиса — с ориентацией на лучшие онкологические клиники Европы.

Проблемы у меня начались год назад — это были незначительные кровотечения, и я была уверена, что это гормональный сбой. Я сразу не запаниковала: у меня ничего нигде не болело, самочувствие было прекрасное.

Сначала я обратилась в частную гинекологию, там мне сделали УЗИ, нашли небольшое воспаление и пару кист в яичниках. Это почти у всех бывает, ничего особенного. Гинеколог назначила мне ударную дозу гормональных таблеток против воспаления, говорит: «Сейчас мы с тобой полечимся 3 месяца гормончиками, а потом будем пытаться забеременеть». А мы с мужем как раз ребёнка планировали, я ей об этом сказала.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

При моём кровотечении врач даже не предложила мне сделать классический анализ на цитологию, который обязательно нужно делать раз в три года всем женщинам. И вот так за три месяца «гормончиков» врач раскормила во мне эту опухоль до внушительных размеров. Я не паниковала и просто выполняла её указания. «Она же врач, почему я должна не доверять ей?», — думала я.

Кровотечения продолжались, и я решила всё-таки съездить к другому врачу — знакомой мужа в его деревне в Тульской области. Она осмотрела меня и говорит: «У тебя тут вообще что-то страшное, я такого никогда не видела, езжай в соседний город, там хороший доктор». То есть врач в тульской деревне запаниковала, а гинеколог в центре Москвы вообще не волновалась и продолжала спокойно кормить меня гормонами.

Мы с мужем поехали в соседний город, там врач мне сделала УЗИ и говорит: «Я такого ужаса никогда не видела, у тебя тут какой-то чуть ли не осьминог торчит».

Я в шоке. Они меня быстро отправляют в другую районную больницу в Тульской области. Там врач говорит: «Не знаю, что это такое, я могу тебе это вырезать. Но если начнётся кровотечение, я отрежу тебе матку». Я в слёзы, сопли, и обратно в Москву.

Здесь побежала в одну из городских поликлиник, а там очереди, еле упросила, чтобы врач меня посмотрела. Сама плачу, понимаю, что что-то серьёзное происходит. Врач посмотрела: «Ну, смотрите, можете на УЗИ записаться, правда у нас ближайшая запись через месяц». Через месяц они мне, кстати, перезвонили и сказали, что у них аппарат сломался. Я говорю: «Я вам платное УЗИ принесу, в частной клинике сделаю». Они говорят: «Нет, нам надо, чтобы вы у нас прошли». Естественно, я не стала больше ждать.

Я побежала в Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии им. В. И. Кулакова. Там мне быстро сделали УЗИ и офигели, потому что нашли большую опухоль в восемь сантиметров и несколько маленьких соседних. И вот только там у меня впервые взяли биопсию. Из всех семи врачей, там был первый, кто догадался проверить на онкологию. Потом МРТ показало, что опухоли есть и в соседних органах.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

К сожалению, психологический шок, вызываемый диагнозом онкологического заболевания вообще и рака легких в частности, лишает многих людей способности трезво оценивать ситуацию и доверять мало-, а то и совсем непроверенным методам народной медицины.

Вокруг лечения онкологии легких существует множество не имеющих под собой никакого основания мифов об эффективности лечения березовым грибом, настойками лопуха, календулы с ромашкой, мухоморов, водки с прополисом, вплоть до самых анекдотичных методов.

Отделение симптоматической и паллиативной терапии клиники располагает всеми необходимыми возможностями ухода за тяжелобольными  пациентами, не способными себя обслужить, включая дополнительное наблюдение за пациентом силами патронажной сестры, медицинской сестры или врача-реаниматолога.

Используются современные европейские протоколы интенсифицированного лечения больных злокачественными заболеваниями легкого для уменьшения массы опухоли и торможения темпов ее роста.  При необходимости производится эвакуация полостных выпотов, различные виды обезболивания, дезинтоксикационная, противорвотная терапия, общеукрепляющее лечение, многокомпонентная терапия, направленная на поддержку функционирования жизненно важных органов (сердца, печени, почек, легких), предпринимаются все меры, направленные на улучшение самочувствия и качества жизни больного.

Правильное лечение рака легких 4 степени с метастазами помогает продлить жизнь пациента, повысить её качество. В современной онкологии изменилось само понимание неизлечимых злокачественных опухолей. Такой диагноз воспринимается не как приговор, а как хроническое заболевание, при котором пациенту все еще можно помочь. В Европейской клинике для этого есть всё необходимое.

Мы уверены, что помочь можно всегда, поэтому беремся за лечение пациентов с раком легкого на любой стадии:

  • В Европейской клинике выполняются сложные хирургические вмешательства.
  • Наши врачи, применяются оригинальные препараты последних поколений с доказанной эффективностью.
  • У нас функционирует уникальное для России отделение паллиативной помощи.
  • Для пациентов, у которых дальнейшее лечение нецелесообразно, мы предоставляем услуги хосписа с неограниченным временем пребывания.
  • Мы знаем, как повысить эффективность химиотерапии, что делать, если назначенное лечение не помогает.
  • Наши доктора умеют бороться с плевритом и другими осложнениями рака легких.
  • Мы применяем эффективную поддерживающую терапию, которая помогает справиться с побочными эффектами и хорошо перенести основное лечение.
  • Постановка временной трахеостомы — 19200 руб.
  • Проведение системной иммунотерапии — 11300 руб.
  • Проведение внутриплевральной химиотерапии — 19100 руб.

Выживаемость и прогноз

В целом, успех лечения зависит от стадии рака головного мозга. Прогноз при мультиформной глиобластоме неблагоприятный. Сколько живут с раком мозга 4 степени? Обычно пациенты с таким диагнозом живут не более года. Однако, известны случаи, когда жизнь больных удавалось продлевать на более длительный срок.

Серьезность прогноза предстоящей жизни при диагностированном раке легкого для жизни очевидна. Обычно для оценки прогноза опухоли используется показатель пятилетней выживаемости, он зависит от вида опухоли, стадии заболевания и наличия (распространенности) метастазов.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

На ранних стадиях заболевания (немелкоклеточный рак легкого в первой стадии) 5-летняя выживаемость при раке легких отмечается примерно у 60% пациентов; во II стадии — примерно у 40% пациентов, в IIIa стадии — около 15%. На поздних стадиях заболевания шансы достигнуть 5-летней выживаемости стремятся к нулю.

Мелкоклеточный рак легкого наиболее «злой» из известных видов опухолей легких, в зависимости от распространенности дающий от 1 до 5% 5-летней выживаемости. При этом наиболее чувствителен и к химио- и к лучевой терапии, поэтому рано начатое лечение существенно улучшает прогноз при мелкоклеточном раке легкого 1-3 стадии..

Успешное лечение немелкоклеточного рака легкого зависит от возможности проведения адекватного хирургического пособия. Своевременное применение современных схем полихимиотерапии в совокупности с таргетными препаратами увеличивает продолжительность жизни до 6–8 месяцев,  а у 20–25% пациентов — свыше года.

В среднем 4 стадия рака оставляет каждому десятому пациенту 100%-ный шанс на пятилетнюю выживаемость, при условии адекватного и интенсифицированного лечения. Для печени и поджелудочной железы этот показатель ниже в два раза, для некоторых других опухолей, напротив, выше. Наши специалисты готовы предложить пациентам программу паллиативного лечения, что поможет сохранить годы нормальной жизни! При необходимости можно получить подробную консультацию о возможных методах лечения (в том числе экспериментальных) лично или он-лайн.

Про принятие

Когда мне только поставили диагноз, я просто выла. Сразу позвонила этому гинекологу, которая вот так 3 месяца меня лечила гормонами от воспаления, и сказала ей всё, что думаю. «Не может быть, приходи ко мне на обследование!», — только и сказала она.

Но у меня тогда уже были другие обследования по онкологии. Я очень хотела вылечиться и подать в суд на эту клинику, просто чтобы они других так не угробили. Но всё затянулось и сил на суды у меня сейчас нет, у меня задача — просто выжить.

Сначала мне поставили вторую стадию, я думала тихонечко вылечиться и нырнуть обратно в бурлящую журналистскую жизнь, особенно даже никому не рассказывала про это. А потом после операции, когда я думала, что прошла большую часть пути к выздоровлению, мне неожиданно ставят IVb — последнюю стадию. И вот в момент, когда рука врача лёгким росчерком заменила вторую стадию на последнюю, я была раздавлена.

«Вы — тяжёлая онкобольная», — говорит врач. А у меня ничего не болело даже.

Начались химии, мне сделали эмболизацию — это ужасно болезненная процедура, я две недели просто орала и почти не спала. Это когда в вену — в саму шейку матки запускают химию, раковые клетки дохнут, а я испытывала такие боли, что ни одно обезболивающее не помогало. Ни лечь, ни сесть, ничего — всё больно. Врагу не пожелаю такое пережить.

Потом я попала в онкоцентр, там анализы растянулись на месяц, делали тут, в Москве, отправляли в Питер. И приходили разные диагнозы: прошло полгода, прежде чем врачи смогли выяснить тип рака. Это оказался очень редкий рак, который у женщин моего возраста встречается крайне редко.

Диагностика опухоли мозга 4 стадии?

Выбор тех или иных методов лечения сильно зависит от того, какой тип рака легких обнаружен у пациента. Выделяют два основных типа, в зависимости от того, как раковые клетки выглядят под микроскопом:

  •  Чаще всего встречается немелкоклеточный рак легкого, который включает разные подтипы опухолей:плоскоклеточный рак, аденокарциному, крупноклеточный рак.
  • Менее распространен мелкоклеточный рак легкого. Он встречается практически только у курильщиков.

Чаще всего под словосочетанием «рак мозга 4 стадии» подразумевают мультиформную глиобластому — наиболее агрессивную разновидность рака головного мозга. Она составляет примерно 15% от всех опухолей мозга, причины ее возникновения до конца не известны. Основными факторами риска считаются генетические нарушения, облучение области головы. Также в качестве факторов риска рассматриваются: курение, некоторые вирусные инфекции, контакт с пестицидами и другими токсичными веществами.

Глиобластома может развиваться самостоятельно или на месте доброкачественной опухоли.

Опухоли головного мозга лучше всего выявляет МРТ. В диагностике четвертой степени/стадии рака важную роль играют такие исследования, как:

  • Компьютерная и позитронно-эмиссионная томография. Они помогают обнаружить метастазы в других частях тела. Также при помощи них можно обнаружить первичный очаг и отличить первичную опухоль мозга от метастатической.
  • Биопсия — процедура, когда врач получает фрагмент опухолевой ткани и отправляет на исследование в лабораторию. Получить материал можно при помощи иглы под контролем КТ или МРТ, либо во время операции. Биопсия, которую проводят с помощью иглы, называется стереотаксической. Для того чтобы ее выполнить, в черепе нужно просверлить отверстие.

Живите, как буддист

За девять месяцев лечения я перенесла 8 химий, операцию и эмболизацию, но самое ужасное, что ничего из этого не помогло. Опухоли растут, некоторые увеличились в шесть раз.

Никто из врачей не даёт никаких прогнозов и гарантий, говорят в духе: «Живите, как буддист: две недели прожили — и хорошо».

Самое страшное, когда узнаёшь, что у тебя такой рак, ты не знаешь, куда обращаться вообще. Ты просто понимаешь: «Всё, я умираю». Думаешь только о том, сколько осталось. Поначалу я вообще у врачей только и спрашивала: «Сколько я проживу? Ну, скажите?». Сейчас я таких вопросов уже не задаю.

Как вообще должно было быть? Приходишь в поликлинику с проблемой, врач назначает обследования, если нашли опухоли — быстро к онкологу, а он уже в онкоцентр. Но у нас это всё растягивается на несколько месяцев. А опухоль растёт.

У меня на руках было МРТ с множественными опухолями, но ещё не было результатов платной биопсии, и я прибегала в поликлинику с МРТ на руках и плакала: «Пожалуйста, отправьте меня в онкодиспансер». В итоге в онкоцентр я попала потому, что догадалась сама обратиться в платный центр, где гинеколог был из отделения онкологии.

Сейчас у меня проблемы с едой. Мне кажется, что вся она пахнет химиотерапией, и я не могу есть. Просто какая-то гиперчувствительность, я даже в помидорах химикаты теперь чувствую.

Мне предлагали психиатрическую помощь по этому поводу, но я пока не обращалась. Вот это сложно, что нельзя нормально и вкусно поесть.

Про целителей, шарлатанов и соду

Лечение рака желудка в Израиле 4 степени

Онкобольные, конечно, цепляются за любую возможность и вокруг них всегда роятся целители, шаманы, астрологи. Я сама под давлением родственников пила травяной сбор. Они ездили к какому-то травнику, я пила его по часам, а потом у меня стали болеть почки, я бросила это дело.

Самая распиаренная штука — это сода. Это супер популярный миф. Есть несколько типов «вылечившихся при помощи соды», и вот они пропагандируют везде этот способ. Некоторые делают себе капельницами медицинский раствор этой соды.

По версии «содовых целителей», рак живёт в кислой среде, и если ощелочить организм при помощи соды, то рак погибнет. Но нормальные врачи запрещают пить соду, потому что наш организм при попадании в него щёлочи защищается и восстанавливает баланс кислотности. В общем, это миф. Особенно вредно так делать, если больной желудок.

Методы лечения рака легких

Современная доказательная медицина в обосновании лечения онкологии легких исходит из строго научного обоснования применения тех или иных протоколов. Основой выбора, осуществляемого лечащим врачом, служит морфологическая характеристика опухоли, ее распространенность, наличие или отсутствие метастазов, общее состояние больного.

Хорошо известно, что мелкоклеточный вариант заболевания лучше поддается лечением химиотерапии, а немелкоклеточные варианты предполагают оперативное лечение или комбинированные схемы, в зависимости от стадии и распространенности. 

Помимо хирургического лечения при раке легкого могут использоваться различные программы лучевой терапии в сочетании с химиотерапией. Психологические сложности и душевные переживания, возникающие у пациента и родственников, помогут решить специалисты-психоонкологи.

Про родственников

Моя бабушка умерла от рака лёгких. Обнаружили на последней стадии, ей было 69, в таком возрасте уже тяжело и химия переносится и все вмешательства. Мне было 14, это всё на моих глазах происходило, кровью она харкала, умирала, я всё это видела.

Бабушку я очень любила и видела, как она забывает слова постепенно, отключается, смотрит на тебя, а ты понимаешь, что она не понимает ничего. Когда она первый раз плюнула себе полную руку крови и поняла, что это всё, она посмотрела на меня такие глазами, я никогда не забуду, очень испуганными. А сказать ничего не может, потому что говорить уже тяжело.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

И вот я побывала и в роли родственника онкобольного, и в роли самого онкобольного. Могу сказать, что больному тяжелее физически, а родственнику — морально.

Моему мужу надо памятник поставить, потому что он женился на девушке с четвёртой стадией рака, ещё и обвенчался с ней. Он мне сделал предложение на прошлый Новый год, мы собирались в июне пожениться. А когда узнали, что рак, химии, больницы, лечение — было не до этого. А потом уже в августе решили, мол, а кто его знает, сколько это всё протянется, и какая я буду. И пока волосики отросли, давай распишемся. А потом венчались.

Я хочу дать некоторые советы родственникам онкобольных. Главное, не надо впадать в панику, выть, кричать: «за что?», и давать каждые пять минут противоположные советы. Не надо подтягивать всех знакомых, кто когда-либо болел раком, чтобы они все рассказали, какими они травами лечились, какие молитвы читали и всё такое. У всех разный рак, и то, что помогло одному, не поможет другому.

Для онкобольного самое главное — это быстро начать действовать. Именно действовать, не причитать, не заниматься самокопанием в духе «за что мне это всё», «кого я обидел», а срочно начать бегать по анализам, врачам, ездить, собирать бумажки, пробиваться в кабинеты.

Распишите с больным план на два месяца вперёд, уговорите его делать все анализы платно, если есть возможность, не тяните время. А сидеть и причитать: «Ах ты, бедненький, да за что ж нам такое горе» — это вот вообще не про помощь.

Кто-то должен всегда быть готов к борьбе, нельзя сидеть и плакать, когда растёт опухоль.

Если вашему родственнику действительно плохо, то можно помочь: накормить, чай принести, просто отвлечь, какую-то киношку показать. Немножко отвлечь от болезни. Ни в коем случае не надо вот этого: «Ты больной, не мой посуду».

Если человек что-то в не силах делать, он сам не будет этого делать. Я сама, если хорошо себя чувствую, я посуду помою, полы помою. А если не могу, я и не буду этого делать, это все понимают. 

Моя мама далеко. Когда я ей сказала, она тоже причитала, мол, за что нам, за что. А потом… Она у меня с компьютером не общается никак, ей уже 60 и поэтому для неё СМС даже — это невозможно, не говоря уже о скайпе. То есть она не видела, какая я есть. И вот к ней пришла подружка и показала меня лысую в «Одноклассниках». Ей стало плохо.

Потому что она понимала, что у меня рак, но для нёе это было как — этот рак где-то, не рядом с ней. Она понимала, что плохо, больно, тяжело, успокаивала меня как-то.

Не знаю, может, она подругам там рыдала как-то или родственникам, но вообще она сначала всё отрицала. Мы же сначала не хотели, чтобы кто-то знал. А все, кто узнал, звонили и спрашивали, а она говорила: «Да всё это враньё, враньё». Она уверена была, что я быстро вылечусь и никто не узнает даже. Я тоже так думала.

И мама до сих пор уверена, что всё утрясётся. Каждый раз с каждым анализом мы все были уверены, что всё будет хорошо, хотя всё ухудшалось.

Химиотерапия при раке легкого

В последнее время наиболее перспективными для лечения немелкоклеточного рака считаются таргетные препараты (небольшие молекулы и моноклональные антитела, целенаправленно действующие на определенные тканевые мишени — фактор роста эпителия и образования новых сосудов в злокачественной опухоли. Препараты этого ряда гефитиниб (Иресса) и эрлотиниб (Тарцева) используют в качестве терапии второй или третьей линии при некоторых видах рака легких, экспрессирующих определенный вид рецепторов – EGFR.

  • Условия клиники позволяют проводить как неоадъювантную, так и адъювантную химиотерапию любого уровня сложности и комплексности, как в условиях стационара онкологического центра, так и в амбулаторно в условиях дневного стационара.
  • Выбор оптимального курса химиотерапии (в соответствии с точным диагнозом, гистологией опухоли, конкретной стадией болезни у конкретного пациента) проводится строго по международным протоколам, которые показали свою эффективность в рандомизированных двойных слепых контролируемых клинических исследованиях.
  • Применяются препараты последних поколений, обладающие наибольшей эффективностью и наименьшим токсическим эффектом, «под прикрытием» поддерживающей терапии, минимизирующей побочные действия химиопрепаратов на клетки крови и внутренние органы.
  • По показаниям устанавливаются индивидуальные одноразовые помпы, позволяющие обеспечить равномерное введение препаратов в течение длительного периода времени, либо автоматические дозаторы. В ряде случаев устанавливается специальная инфузионная порт-система для химиотерапии.
  • При развитии и рецидивировании опухолевого плеврита (канцероматозе плевры) в клинике возможно проведение паллиативных хирургических вмешательств (торакоцентез, облитерация грудной полости).

В сложных, сомнительных и противоречивых случаях возможно привлечение внешних консультантов — ведущих химиотерапевтов России, а также клиник Швейцарии и США. При необходимости мы проводим консилиумы с зарубежными коллегами, с целью получить «второе мнение» докторов из США и Европы.

Про деньги

Наши с мужем родственники из деревень, где по восемь тысяч зарплата, и они всё равно скинулись все тысяч по пять. Работать я уже не могла, и как бы стыдно не было, мы брали все деньги, которые нам предлагали.

До этого у меня была хорошая работа, я была главным редактором СМИ про регионы и откладывала деньги на ипотеку. У меня там было тысяч триста. Не знаю, что бы мы делали без этой «заначки». Хотя, конечно, я хотела её потратить на другое. Но эти все деньги очень быстро кончились.

Мы стали просить денег на работе. Муж — у себя, я — у себя. Занимали, просили. Моя мама сразу кинулась продавать свою квартиру в Ростовской области, в Морозовске. А толку с неё — это 300 тысяч всего. А я понимаю, что не дай бог со мной что-то случится, а никого нету, отца нету, и она на улице просто останется. И я ей строго запретила квартиру продавать.

А вообще люди всё на свете продают: и квартиры, и мебель, и машины, лишь бы только выжить. Проблема в том, что онкобольной очень быстро перестаёт быть способен работать: сначала анализы надо сдавать в рабочее время, потом от «побочек» после химии отходить, потом и вовсе еле ходишь.  

Сейчас мне собирают деньги на лечение в Индии, это моя последняя надежда, российские врачи уже не могут помочь. Собирают в социальных сетях. Некоторые отправляют 50 рублей и пишут: «Прости, это всё, что у меня сейчас есть, просто хотел помочь». Мне стыдно, но мне честно неоткуда больше брать деньги.

Всего нужно 3 311 460 рублей, но за неделю уже удалось собрать большую часть этой гигантской суммы. На сегодняшний день осталось собрать 813 218 рублей — это на весь курс лечения в индийской клинике «Фортис». Удивительно, но откликнулось очень много добрых людей. Конечно, это примерный счёт, который нам выставила клиника на химиотерапии, обследования, анализы и проживание на 3 месяца.

Хирургическое лечение рака легкого

Немелкоклеточный рак легкого поддается хирургическому лечению, как правило, лучше, чем мелкоклеточный. В зависимости от размеров и расположения опухоли, врач может удалить ее, захватив некоторое количество здоровой ткани вокруг, или полностью удалить легкое. Обычно хирургическое вмешательство дополняют курсом адъювантной химиотерапии или лучевой терапии. Это помогает уничтожить оставшиеся раковые клетки и снизить вероятность рецидива.

В настоящее время хирурги все чаще применяют миниинвазивные вмешательства, когда на стенке грудной клетки делают прокол, и внутрь вводят гибкий тонкий торакоскоп, оборудованный источником света и видеокамерой.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Иногда при немелкоклеточном раке легкого прибегают к лечению радиочастотной аблацией. В опухоль вводят тонкую иглу и подают на нее электрический ток, который сжигает раковые клетки.

Мелкоклеточный рак значительно чаще по сравнению с немелкоклеточным является неоперабельным. Приходится прибегать к другим методам лечения.

Про страхи

Вот это принятие, что «я умру скоро», это пипец, конечно. Как это у людей происходит, я вообще не могу это понять. У меня в голове это не укладывается. Не могу себе этого представить.

То есть ты жил-жил активной какой-то жизнью, у тебя куча знакомых, ты постоянно где-то, что-то, та же журналистика, в которой ты постоянно: куча людей, куча событий. Может, даже в каком-то смысле циником становишься в некоторых моментах.

А потом всё с ног на голову так — бубух!

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Кстати, я за почти год в онкоцентре заметила такую закономерность: больше всего плачут и воют те, у кого первая стадия. Кому просто покопаться и лучиков может немного (радиотерапия. — Прим. ред.) — и снова здоров. А люди с последними стадиями уже не причитают. Наоборот, пытаются жить полной жизнью, пока это возможно, пока могут вставать.

Порой я лежу на химиотерапии и думаю: как бы так внезапно чудо чудесное случилось. Открыть бы глаза и понять, что лежишь на горячем песке, рядом море шумит, а эта палата и все предыдущие — просто приснились. И нет этой болячки, нет страха, нет опасности. Только бесконечное море и долгая-долгая жизнь. Жаль, что некоторые вещи в жизни исправить нельзя.

Самое страшное, знаете, когда смотришь на людей с онкологией, которые уже совсем лежачие на морфине и трамадоле. У которых боли невыносимые уже. Вот это самое страшное. Он-то мозгом всё понимает.

Врачи уже сказали: «всё, чувак, мы больше ничего сделать не можем». Они могут уже только обезбаливать. И человек лежит, и я не представляю, что у него в голове. И не хочу представлять. Но для меня это самое страшное — слечь вот так и лежать, медленно умирать.

Мы — тяжёлые онкобольные — знаем, что болезнь неизлечима, но верим, что именно с нами случится чудо. Что именно мы попадём в те самые 5—10% пятилетней выживаемости, возможных с таким диагнозом. Мы боимся засыпать. Но больше всего мы боимся признаваться себе в том, что постоянно думаем: «А как это будет?».

Сбербанк: 4276380071615566 на Десятниченко Ирину Валерьевну

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Яндекс деньги: 410013698704331

Лучевая терапия при раке легкого

Лучевая терапия эффективна как при немелкоклеточном, так и при лечении мелкоклеточного рака легкого. Врач может назначить этот метод лечения с разными целями:

  • Перед хирургическим лечением (неоадъювантная лучевая терапия). Это помогает сократить опухоль в размерах, хирургу становится проще ее удалить, а пациент лучше переносит вмешательство.
  • После хирургического лечения (адъювантная лучевая терапия). Нужна для того, чтобы уничтожить опухолевые клетки, которые остались в организме после операции, и предотвратить рецидив.
  • В качестве самостоятельного метода лечения для борьбы с симптомами запущенного рака легкого: болью, кровотечением и др.

Иногда курс лучевой терапии сочетают с химиотерапией. Такое лечение называется химиолучевой терапией.

Чтобы бесконтрольно размножаться, выживать и защищаться от иммунной системы, раковые клетки используют некоторые молекулярно-генетические механизмы. Знания о них помогают создавать особые таргетные препараты. По сравнению с химиопрепаратами, они действуют более прицельно, блокируют лишь определенные вещества, которые находятся в раковых клетках.

При раке легкого применяют следующие таргетные препараты:

  • Блокаторы ангиогенеза (роста новых сосудов в злокачественной опухоли): бевацизумаб (Авастин), рамуцирумаб (Цирамза).
  • Блокаторы EGFR (белка-рецептора, который в норме активирует деление клеток, а в раковых клетках становится слишком активным и способствует их бесконтрольному размножению): эрлотиниб (Тарцева), афатиниб (Гилотриф), гефитиниб (Иресса).
  • Блокаторы ALK (мутантного белка, который обычно возникает у некурящих людей и тех, которые курят понемногу): кризотиниб (КСАЛКОРИ), церитиниб (Зыкадия), алектиниб (Алеценса), бригатиниб (Алунбриг).
  • Блокаторы BRAF (мутантный белок, который заставляет клетки бесконтрольно размножаться): дабрафениб (Тафинлар), траметиниб (Мекинист).

Паллиативное лечение рака легкого в Европейской клинике

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Не существует критериев, по которым можно было бы сразу по завершении курса лечения судить о том, избавился ли больной от рака полностью. Всегда есть риск рецидива. Даже если ни один метод диагностики не обнаруживает у человека признаков онкологического заболевания, в его организме могли остаться микроскопические раковые очаги.

Результат можно оценить лишь спустя некоторое время. Если в течение 5 лет наблюдения у пациента не обнаружено рецидива, можно признать его выздоровевшим и снять с диспансерного учета.

Для конкретной онкологической клиники качество работы можно измерить такими показателями, как:

  • Частота ранних и поздних осложнений хирургического лечения рака.
  • Уровень больничной смертности при разных типах рака.
  • Ожидаемая продолжительность предстоящей жизни пациентов данной клиники по данным Реестра раковых пациентов.

Конечно же, эти показатели не будут идеальными даже в лучших клиниках. Вопрос в том, насколько они близки к статистике ведущих онкологических центров.

Качество лечения в Европейской онкологической клинике контролируется одновременно по нескольким ключевым параметрам:

  • точность формулировок заключительного клинического и патологоанатомического (гистологического) диагноза и их соответствие;
  • соответствие клинического диагноза результатам предшествующих анализов, обследований и особенностям течения онкологического заболевания;
  • соответствие объема диагностических мероприятий (анализов и обследований) стандартам, а также их индивидуальную достаточность для каждого пациента;
  • анализ проводимого лечения и его результаты в каждом индивидуальном случае;
  • анализ результатов лечения по типовым диагнозам у каждого отдельного лечащего врача;
  • анализ объема оказанных медицинских услуг в соответствии со среднеотраслевым нормативом;
  • полнота отражения динамики состояния пациента, результатов обследований и процесса лечения в медицинской документации — листах назначений, госпитализационных журналах, амбулаторных и стационарных картах.

Раковое поражение плевры

Лечение пациентов с опухолевым плевритом начинается с плевроцентеза — эвакуации жидкости из плевральной полости, что сразу приводит к улучшению самочувствия, уменьшению одышки, болей и улучшению качества жизни больного. Исследование удаленной жидкости, проводимые непосредственно после плевроцентеза позволяет более точно установить причину опухолевого плеврита.

Уточнить степень распространенности не только плеврита, но и специфических изменений, которые вызвали это состояние помогает целый арсенал современных методов исследования, доступный пациентам клиники (рентгенологическое исследование, компьютерная томография органов грудной полости, ультразвуковое исследование и пр.).

Через некоторое время после пункции в плевральной полости может снова скапливаться выпот. Если жидкость нужно повторно вывести менее чем через месяц после плевроцентеза, врач может установить внутриплевральную порт-систему – небольшую титановую емкость с силиконовой мембраной, которую помещают под кожу и соединяют катетером с плевральной полостью. В дальнейшем, для того чтобы вывести плевральный выпот, нужно всего лишь нащупать под кожей мембрану порт-системы и ввести в нее специальную иглу.

Также через внутриплевральную порт-систему можно вводить химиопрепараты. Внутриплевральная химиотерапия помогает уменьшить образование выпота. Она особенно эффективна у больных с мезотелиомой, раком легкого и молочной железы.

При необходимости возможно проведение видеоторакоскопии, которая позволяет исследовать плевральную полость через прокол в грудной стенке с помощью специального инструмента – торакоскопа произвести прицельную биопсию подозрительного участка ткани с последующим морфологическим исследованием, что в большинстве случаев позволяет установить точный диагноз.

Системная химиотерапия не только воздействует на саму раковую опухоль, но и при хорошей чувствительности к химиопрепаратам может привести к ликвидации плеврита у большинства пациентов.

Реально ли избавиться от рака?

За последние десятилетия онкология сильно шагнула вперед. Появились новые препараты, высокотехнологичные хирургические вмешательства, изменились подходы. Современные врачи работают по принципам доказательной медицины, которая основывается на точных показателях, полученных в ходе крупных исследований с участием многих пациентов из разных стран мира.

Но сколь бы ни были точны данные, которыми оперирует современная медицина, человеческий организм — не математическое уравнение, он устроен намного сложнее. Каждый больной уникален, обладает своими индивидуальными особенностями, и не все из них можно заранее предугадать. С развитием молекулярной генетики стало известно, что фактически не существует двух одинаковых злокачественных опухолей. Два рака легких могут быть очень разными и требовать разного лечения, и прогноз в обоих случаях тоже будет разным.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

Можно ли избавиться от рака? Определенно можно, особенно если он диагностирован на ранней стадии. Но врачи-онкологи, определяя прогноз для конкретного пациента, не оперируют точными цифрами, им приходится работать со статистическими данными, вероятностью. «Два плюс два» в медицине не равно четырем, эта формула будет выглядеть как «2 2 = около 4 плюс-минус 5 с вероятностью 95%».

Например, мы знаем, что при раке молочной железы II стадии примерно 93% пациентов остаются в живых спустя 5 лет после того, как им установлен диагноз. Но заранее нельзя точно сказать, кто попадет в эти 93%, а кто — в оставшиеся 7%. Кроме того, показатели пятилетней выживаемости, по понятным причинам, можно рассчитать лишь для людей, у которых рак был диагностирован, как минимум, 5 лет назад. Но за эти годы ситуация изменилась, появились новые методы лечения, новые подходы.

Плевродез

При невозможности химиотерапии возможно проведение плевродеза в результате которого листки плевры спаиваются между собой за счет введения различных химических веществ с местным противоопухолевым действием.

Внутриплевральная терапия при раке может быть дополнена иммунотерапией LAK-клетками, рекомбинантным интерлейкином – 2 или их сочетанием.

Выбор в пользу того или иного варианта иммунотерапии или последовательности иммунотерапевтического воздействия проводится онкологом на основании результатов обследования пациента с учетом скорости накопления жидкости, общего состояния, чувствительности к химиопрепаратам, ранее проводимого лечения и т.д.).

Почему важно понимать цели лечения

В ряде случаев лечение является радикальным: врач ожидает, что пациент избавится от злокачественной опухоли — наступит ремиссия. Но в ряде случаев вероятность ремиссии настолько ничтожна, что она считается заведомо невозможной. В таких случаях проводят паллиативное и симптоматическое лечение, и их цели будут совсем другими:

  • Замедлить прогрессирование рака.
  • Избавить больного от мучительных симптомов.
  • Улучшить самочувствие и повысить качество жизни.
  • По возможности вернуть способность к самообслуживанию, в некоторых случаях — временно восстановить работоспособность.
  • Продлить жизнь.
  • Улучшить психоэмоциональное состояние.

Симптомы и показатели, характеризующие качество жизни, вполне поддаются не только субъективной, но и объективной оценке. Врач всегда может проконтролировать, насколько эффективно лечение, и при необходимости скорректировать его.

Для пациента важно понимать, какие цели преследует лечение в его конкретном случае, каковы шансы на тот или иной исход, каких улучшений или побочных эффектов можно ожидать, и как изменится тактика в тех или иных случаях. Врач обязан предоставить максимально подробную информацию, а больной не должен стесняться задавать вопросы.

Лечение рака простаты 4 стадии в Израиле

В современных реалиях важно быть хорошо информированным пациентом. Владея нужной информацией, вы сможете лучше понимать действия врача, принимать более правильные, взвешенные решения и защитите себя от ложных ожиданий.

Лечение рака легких 4 стадии с метастазами

На 4 стадии рака легкого (распространенной по организму опухоли), возможно паллиативное или симптоматическое лечение в Москве. Паллиативное лечение — это вынужденный подход, при невозможности имеющимися на сегодняшний день средствами победить онкологию, оно направлено на уменьшение страданий, продление и улучшение качества жизни больных.

Наши пациенты получают адекватное обезболивание, кислородотерапию, детоксикацию, при необходимости проводятся паллиативные операции (наложение трахеостомы, торакоцентез, плевродез и т.д.). При раковых пневмониях осуществляется все необходимое противовоспалительное лечение, при легочных кровотечениях — гемостатическая терапия.

Этапы лечения рака легкого на разных стадиях

Если подводить итог всему вышесказанному, то лечение злокачественных опухолей легких в Москве в зависимости от стадии будет выглядеть следующим образом:

  • При раке стадии 0, когда опухоль не прорастает за пределы слизистой оболочки, обычно ограничиваются хирургическим вмешательством. Лучевая терапия и химиотерапия не требуется.
  • На стадии 1 также зачастую ограничиваются хирургическим лечением. При высоком риске рецидива проводят адъювантную химиотерапию или лучевую терапию. Во время операции может быть удалена доля или меньшая часть легкого, а также некоторые лимфоузлы, которые находятся в средостении.
  • На 2 стадии перед хирургическим вмешательством врач может назначить курс неоадъювантной химиотерапии или лучевой терапии. Объем операции может быть разным, вплоть до удаления всего легкого. После удаления опухоли всегда проводят курс химиотерапии, иногда — лучевой терапии.
  • Лечение рака легкого 3 стадии начинают с химиотерапии и лучевой терапии. Затем, если опухоль может быть удалена, и состояние пациента позволяет, проводят операцию. В противном случае лучевая терапия и химиотерапия становятся основными методами лечения рака легких 3 степени..
  • При немелкоклеточном раке легкого 4 стадии проводится паллиативная и симптоматическая терапия.

Где лучше лечить рак легкого: в России или за границей?

Среди российских онкобольных, решивших лечиться за границей, наибольшей популярностью пользуются израильские, европейские, в меньшей степени (из-за высокой стоимости услуг) — американские клиники. Несомненно, за рубежом зачастую можно получить более качественную медицинскую помощь.

Но и в России есть клиники, где доступны практически те же процедуры, препараты, врачи работают по международным протоколам. В Европейской клинике есть все необходимое. Здесь лечат не хуже, чем в известных европейских или израильских клиниках. Причем, для пациента это обходится дешевле.

В Европейской клинике больных регулярно консультируют наши коллеги из-за рубежа. А в случаях, когда это действительно необходимо, мы помогаем нашим пациентам получить медицинские услуги за границей у ведущих специалистов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Псориаз и Онкология
Adblock detector